Часто путешествую по городам России. Не люблю популярные туристические маршруты, зато люблю локальное, живое, интимное. В электричке Ульяновск — Казань слушаю, как бабушки красиво говорят
на татарском (из речи выцепляю только: «кояш»,
что значит, «солнце» и «яхши», что значит «хорошо»).

В Саранске фотографирую старые советские вывески и старательно разбираюсь, чем отличаются костюмы эрзя
и мокша; в Уфе иду по улице, полностью усыпанной разбитыми деревянными домами, и отмечаю:
«Какая же здесь все-таки крупная рябина».

Мне нравится, что эти чудеса доступны мне, я умею их замечать. Когда люди спрашивают о моей малой родине,
я отмахиваюсь и отвечаю: «Да там ничего особенного, все просто. Без священных рощ и умирающего языка».

Со временем это прошло, потому что просто — не значит плохо.

Я родилась и выросла в поселке Волово. Это Тульская область, около 100 километров от самой Тулы.
С детства знала, как зовут соседей, откуда берутся фрукты и овощи, молоко и картошка. Однажды мой желтый шлепок даже сжевала корова (к счастью, все остались живы)).

Из Волово я переехала, когда мне было 9. Сейчас
мне 23, и я живу в Подмосковье. В Волово приезжаю редко, но всегда с большой благодарностью. Если бы не это место, не было бы меня такой, какая я есть.

Это визуальное эссе я собрала из многочисленных фотографий, которые были сделаны в поселке.
Это попытка разобраться в том, откуда я и в чем культурный код этого места (без ярлыков и комплекса провинциала). А еще оно о любви к своим корням
и своей идентичности.

Первое, что видят люди, приезжающие
в поселок, — каменный указатель с названием. Говорят, что оно произошло от волов.

Продавцы, которые гнали животных в Москву останавливались здесь и поили их водой из озера. Так и решили, что здесь будет Волово.

Бежевая двухэтажка на улице Хрунова 28 — это мой воловский адрес. Евгений Хрунов был космонавтом и жил в соседней деревне. Теперь там есть его музей, а мне от него достался мой первый адрес.

Если в городе знать имена соседей не принято, то в Волово я знала всех. Каждый вечер соседи, в основном бабушки, собирались на лавочке и устраивали обсуждение последних новостей и сериалов. Иногда мне тоже разрешали посидеть, тогда я ощущала себя очень взрослой. Сейчас почти никого не осталось из тех, кто любил здесь собираться, поэтому чаще всего лавочки пустуют и выглядят грустно.

На первом этаже у нас висят почтовые ящики. Выглядят они так себе, но почтальоны до сих пор туда кладут счета и письма

На церковные праздники соседи украшают двери. Весной, на Троицу всегда висят ветки березы. В городе я никогда такого не видела

На втором этаже — большие окна. В детстве я часто забиралась
на подоконник и следила за теми, кто был во дворе

У некоторых почтовый ящик висит прямо около двери

Это Дашака, моя соседка. Я помню ее еще маленькой.
Однажды мы устроили с ней фотосессию в колосьях.
В нашей местности девчонки фоткаются или в лесу
и полях, либо на заброшках:)

Соседка

К слову «урожай» у нас в Волово особое отношение.
Моя бабушка с детства «ходила на картошку»
(летом — сажать, осенью — копать), потом моя мама.
Теперь хожу и я.

Ходить на картошку - это как обряд. Ну представьте: встаешь рано утром, надеваешь то, что не жалко, повязываешь косынку
и собираешь «тормозок» (читай: что-то съестное). На грядках собираются все родственники и вот до вечера вы сажаете, а потом через некоторое время копаете картошку. А все, потому что свое лучше, чем «магазинное»! И так со всем.

Урожай

Я и мой двоюродный брат на картошке

Tilda Publishing

Центральная улица Ленина

Моя первая школа. Здесь училась и моя мама. Меня всегда привлекали эти разноцветные столбы. Представляла, что
это цветные карандаши.

Иногда мне кажется, что время здесь застыло: афиша
от местного Дома культуры, разрисованная гуашью, доска почета с лучшими жителями поселка, советский памятник с самолетом, кстати недавно восстановленный.

Самыми большими событиями в поселке были концерты. Особенно зрелищным всегда оставался День молодежи. Он проходил летом, поэтому
у ДК собиралось, кажется, все Волово. Старики сидели на лавочках у сцены, молодежь ходила взад и вперед в поисках знакомых лиц. После основной программы всегда была дискотека (иногда салют).

Сейчас, конечно, это событие — не такое масштабное (мало людей),
но все равно значимое.

Единственная церковь в поселке. Каждый год перед 1 сентября
я ходила сюда причащаться вместе с бабушкой. Она говорила,
что тогда точно будут пятерки.

Tilda Publishing

Рядом с церковью озеро. Раньше здесь купались, потом местные власти решили его почистить. Озеро начало засыхать, теперь здесь только немногочисленные рыбаки.

Tilda Publishing

Живая жизнь

Мама и брат Артемий
в воловской квартире

Tilda Publishing

Я с соседом и его домашними животными

Дед Коля

Застолья с картошкой пюре и компотом, огород, старые качели, ДК, корова, которая ест желтый шлепок,
(а я плачу). Из этого всего соткана жизнь почти всех воловчан. Моя малая родина простая, но в ней есть душа и честность.

Простота эта и есть наша локальная идентичность...

Спасибо(!)

здесь я поделилась самым личным. спасибо, что были рядом и дошли до конца.

и никогда не забывайте, откуда вы!